Дневник анонимного донора – Кровь5

Никита Аронов

Дневник анонимного донора

Донорство костного мозга предполагает анонимность. Но мы придумали, как рассказать вам обо всем в режиме реального времени. Нашли молодую петербурженку, которая только-только узнала, что она, вернее, ее клетки подошли другому человеку и она может спасти его жизнь. И попросили ее вести дневник в режиме реального времени, только без имени. Фиксировать все свои мысли и ощущения. А еще все это время ее фотографировали, правда без лица. В конце мая донор поделилась кроветворными клетками практически в прямом эфире. С тех пор прошло два месяца. Организм нашей героини восстановился после донации, и мы попросили ее сделать для нас последнюю запись. Сегодня мы публикуем эту историю целиком.

Запись первая. История с девятью пробирками

Свершилось чудо, в которое я до сих пор не верю. Конечно, это был обдуманный шаг, я прочитала много информации о донорстве костного мозга, но подумать не могла, что все произойдет настолько быстро.

В общем, в сентябре 2019 года я сдала кровь, чтобы вступить в Регистр доноров костного мозга имени Васи Перевощикова. Причин для этого было очень много, но сейчас не об этом. В октябре я уже была в регистре, а это значит, в любой момент мне могли позвонить и сказать, что у меня есть генетический близнец и ему нужна помощь! Я жила этой мыслью и верила, что это обязательно случится. И вот 21 апреля – звонок от врача из регистра.

Врач спросила, согласна ли я помочь. У меня не было ни малейшего сомнения.

Моих чувств не описать словами… Это что-то ни с чем не сравнимое и необъяснимое. Чувство, что ты можешь спасти жизнь ребенку, – это невероятно приятно и ответственно! На самом деле, может быть, мой реципиент – взрослый человек, я врача не спрашивала, у нее и так много работы.

Но мне почему-то кажется, что это ребенок.

Врач мне все подробно рассказала о заборе стволовых клеток, о том, как будет проходить процедура и что мне нужно для этого сделать. А нужно было пойти в «Инвитро» и сдать девять пробирок. Две из них – на совместимость, чтобы узнать, на сколько процентов мы схожи с моим реципиентом. А остальные семь – это 42 разных анализа: билирубин, ВИЧ, гепатит – короче, всё‑всё‑всё, чтобы при пересадке не передать болячки.

Ребята в «Инвитро» за меня переживали, потому что редко кто сдает столько пробирок сразу. Зато анализы пришли очень хорошие, теперь я готовлюсь лечь в больницу для процедуры забора стволовых клеток. Чтобы не ходить по улице – мало ли что могу еще подхватить. Я думаю, что это будет самый лучший подарок ко дню рождения. Он у меня скоро.

Запись вторая. Я выбираю, как сдавать клетки

Терпела все майские праздники, но не выдержала и сама позвонила в регистр своему врачу Елене Витальевне. Теперь у меня хорошие новости: трансплантация уже скоро. Забирать клетки будут в конце мая – клиника как раз откроется после карантина. Мне предложили выбрать, как сдавать кроветворные клетки: через переливание или оперативным способом, но сказали, что для моего реципиента второй способ будет лучше. Так что я решила сдавать клетки из тазовой кости, а в той клинике это сумеют сделать лучше всего. Я даже обрадовалась, что так получилось. Дело в том, что примерно год назад у меня очень неудачно взяли кровь из вены. Жгутом защемили кожу, пока его снимали, кровь хлестала во все стороны. Крови я не боюсь, но воспоминания остались неприятные.

А как сдают костный мозг из кости, я знаю хорошо. Оттуда же, откуда знаю про рак крови. Лейкозом болел старший сын моей крестной Олег.

Было три рецидива, пока в 18 лет ему не сделали пересадку от матери. Совместимость была неполная, и он все не очень легко перенес. Но главное – Олег жив. Именно из-за этого я уже давно решила стать донором. Так вот, моя крестная мама Светлана тоже сдавала клетки оперативным путем. Она потом показывала мне небольшие синяки на спине. Никаких других неприятных последствий не было. Так что я понимаю, что бояться тут нечего.

Есть еще один момент. Операцию сделают под общим наркозом, и мне это очень интересно. Когда-то я училась в медучилище и была на практике в больнице – в травматологии. Наша основная задача состояла в том, чтобы возить людей на операцию и после операции.

И я там насмотрелась, как разные люди из наркоза выходят. Кто-то пел, кто-то матерился, кто-то просил выпить. Нам, девчонкам, было очень смешно. А у меня самой операций и наркоза еще никогда не было. И мне очень интересно узнать, как все это у меня произойдет, как я из наркоза выходить буду.

Мне еще надо будет проконсультироваться у анестезиолога, пройти несколько обследований, сделать УЗИ брюшной полости. Но, главное, все определилось. Трансплантация уже скоро.

Запись третья. Чего боится донор

Когда ты донор, нужно стать чуточку внимательнее к себе. В начале пандемии я смотрела на все это спокойно: если суждено переболеть коронавирусом, то переболею.

А с тех пор, как узнала, что буду донором, очень боюсь заразиться. Постоянно об этом думаю. Ведь на кону чья-то жизнь, и у меня очень ответственная миссия.

При этом я продолжаю ходить на работу. Я пекарь-кассир: пеку слойки, делаю людям вкусный кофе. Во время пандемии мы работаем как хлебный магазин. Столики сдвинули, на полу отмерили линии, чтобы люди стояли друг от друга в полутора метрах. Но все равно каждый день нас посещает больше ста человек, некоторые даже без масок. А это огромный риск заражения. Нам, конечно, выдали маски и перчатки, антисептики всюду стоят – компания заботится о нашем здоровье. Только мне еще и до работы нужно добраться две станции. По дороге туда в метро пусто, потому что моя работа начинается в 7 утра, а вот на обратной дороге людей много. Надо постараться, чтобы ни к кому близко не стоять. Но тут главное – не поднимать панику. Страх делает нас более уязвимыми.

Вообще я люблю работать в общепите. И ребята у нас хорошие.

Когда я сообщила, что скоро стану донором, наш управляющий, конечно, пошутил, мол, мне мозги откачают. Но поддержал и сказал: «Круто, ты молодец».

Я думала заявление на отпуск написать на время донации. Но он заявил: «Какой отпуск, ты же в больницу ложишься – иди на больничный, тебе все оплатят». И коллеги хорошо к моему решению отнеслись. Одна девочка-пекарь даже захотела вступить в регистр. Но у нее была какая-то болезнь, поэтому она не знает, получится ли стать донором.

Запись четвертая. Как рассказать близким

Погода у нас в Петербурге стоит странная. То солнце печет, жара, а то через несколько минут ливень стеной и ничего не видать. А когда погода хмурая и ветер, у меня всегда голова болеть начинает – такая я метеозависимая. Спрашивается, зачем я вообще в Питер переехала? Здесь всегда такая погода. Как ни странно, я эту погоду люблю, даже несмотря на головную боль. И еще я тут совсем простужаться перестала.

Все равно я сейчас выхожу из дома только на работу. Выходной у меня был в субботу – и у моего молодого человека тоже, поэтому мы смотрели кино и готовили пасту. Он у меня хороший и очень сильно верующий. Когда я рассказала ему, что совпала и стану донором, он заявил, что я его ангел, и постоянно теперь это повторяет. У него у самого сейчас отец болеет раком, поэтому он понимает, как важно помочь кому-то выздороветь.

Мои родители были не так рады. Я целый день собиралась с мыслями и успокаивалась, чтобы им сказать. И все равно мама ответила: «Ты что, с ума сошла – это же очень опасно».

Я объяснила, что это очень важно, что все будет стерильно, что за мной будет присматривать куча врачей. Мама немного успокоилась, но все равно переживает за меня. Отцу пришлось еще раз все рассказать. Он тоже за меня волнуется, но говорит: «Как ты считаешь, так и делай».

Но первой, с кем я поделилась новостью, была Алла. Она мой косметолог, мы начали общаться из-за бровей и массажа, но со временем она стала близкой подругой и очень важным для меня человеком. Вот она искренне за меня обрадовалась. Вообще, Алла уже давно хотела вступить в регистр. Но сначала болела, потом забеременела. В общем, пока у нее это не получилось. После того как я совпала, Алла говорит, что теперь уж точно вступит в регистр. И вообще она мною гордится.

Запись пятая. Кровь про запас

Еще недавно я сидела дома и боялась, что из-за этой «короны» все может отложиться. И вдруг все закрутилось очень быстро. Мне позвонила женщина из Национального регистра доноров костного мозга имени Васи Перевощикова и сказала, что надо сдать эритроциты. После забора костного мозга мне их перельют, чтобы я себя лучше чувствовала. Вчера мне вызвали такси и отвезли в клинику.

Там сейчас все очень строго: пропускная система, внутрь пускают только по спискам. Меня уже ждала на проходной врач из отделения переливания крови. Прошли внутрь, но в больницу сейчас просто так не попадешь.

Сначала тебя отведут в отдельное помещение, померят температуру и возьмут анализ на коронавирус. Причем туда пускают строго по одному.

Поэтому мы с врачом ждали, пока пройдет другая пациентка. И врач мне рассказывала про свою дочку, которой столько же лет, сколько и мне.

Потом зашли. Внутри было несколько столов со всякими медицинскими штуками и три женщины в масках. Одна мне померила температуру дистанционным термометром, который на лоб, как пистолет, наводят. Вторая записывала, а третья брала сам анализ. Тест в одноразовой упаковке, внутри такая длинная ватная палочка. Я сдвинула маску с носа, и женщина мне эту палочку засунула сначала в одну ноздрю, потом в другую и еще покрутила. Это было очень неприятно, даже слезы потекли. Потом палочку убрали в пробирку. Когда буду ложиться на операцию по забору клеток, мне еще один тест такой придется сдать!

После теста врач приложила свою карточку к замку, открыла железную дверь и повела меня по каким-то коридорам. Там было столько поворотов, что можно было запутаться. Все вокруг ходят в масках, в перчатках и в длинных таких халатах, которые на спине завязываются.

В отделении переливания на меня завели карту, еще раз померили температуру, взяли какой-то анализ из пальца – буквально через десять минут он был готов. Потом меня взвесили. Я заполнила анкеты про жалобы, операции, болезни – все как всегда, когда кровь или плазму сдаешь.

Еще один врач спросила меня, сколько раз я была донором крови. Я ответила, что четыре. Она налила мне сладкого чаю с печеньем.

Потом была собственно сдача, которая заняла всего минут десять. Набрали у меня 450 миллилитров крови. В процессе я болтала с врачами и спрашивала, когда снова смогу стать донором крови. Мне ответили, что не раньше, чем через полгода после операции по забору костного мозга. Странно подумать: операция всего через несколько дней. Я до сих пор не могу это толком осознать!

Запись шестая. Последние приготовления

Завтра в 12 часов за мной приедет такси и отвезет в больницу. Но уже три дня я не хожу на работу, чтобы соблюсти карантин. Меня трансфузиолог очень просила посидеть дома и избегать контактов, и я взяла отпуск за свой счет. А завтра мне больничный откроют.

Обычно у меня только один выходной, и его хватает, только чтобы постирать рабочую одежду и выспаться, а потом снова на работу. А тут целых три свободных дня! Поэтому я целые дни ем. Готовлю и ем.

Сделала себе оладьи. У меня их очень любит мама и, когда я к ней приезжаю, всегда накрывает огромный стол. Я очень скучаю по маме. Наверное, поэтому и вспомнила про оладьи. Еще я вышивала крестиком. Сейчас магазины с пряжей закрыты, но я нашла дома немножко ниток, кусок материала и вышила котенка по имени Гав – обожаю советские мультики.

Собираюсь в больницу. Посоветовалась с крестной, которая сдавала костный мозг. Она сказала, чтобы я взяла с собой столовые приборы, тарелку, чашку, чай, кофе и сахар. Я и взяла. Еще сменную одежду – спортивный костюм. Все книжки и фильмы уже у меня в телефоне. Давно хотела прочитать «Куриный бульон для души». Скачала, зачиталась, но потом специально отложила, чтобы в больнице читать. На кино у меня есть подписка, так что буду смотреть детективные сериалы.

Все вокруг очень сильно переживают. С работы звонят и спрашивают, как я. Мама места себе не находит. Молодой человек ужасно расстраивается, что не может поехать в больницу вместе со мной.

Будет звонить всегда, когда у него появится свободное время. Все волнуются. А я очень спокойно себя чувствую. Так, наверное, и должно быть. Я вся в ожидании того, что узнаю, для кого я сдаю клетки. Мне это скажут только после донации.

Запись седьмая. Накануне операции

На входе в больницу у меня опять взяли мазок на коронавирус. А внутри встретила доктор из Национального регистра доноров костного мозга имени Васи Перевощикова. Наконец-то познакомились с ней лично. Пока в приемном отделении заполняли карту, мы отошли в сторонку и болтали о работе, о сладких пирожках, которые мы у нас в пекарне печем, о коллегах и начальстве.

Потом опять какие-то переходы и лестницы. И вот я уже в своей палате. Отделение закрыто на замок, выйти можно только по электронной карточке, но я выходила один раз – на флюорографию и УЗИ живота. Меня там провели быстро и без очереди.

А так все, что мне нужно, есть прямо у меня в палате. Палата двухкомнатная. В спальне – кровать, тумбочка, телевизор, который я не смотрю, потому что все нужное в телефоне, и ультрафиолетовый облучатель на стене, чтобы все дезинфицировать. В другой комнате – шкаф, столик, диван, холодильник, микроволновка и мойка для посуды. И конечно, свой санузел с душевой кабиной.

Большинство обследований мне сделали прямо в палате. Например, электрокардиограмму сняли. На следующий день подняли утром, чтобы взять анализ крови.

Еще приходила врач отделения и опрашивала, как обычно, чем болела, какие были операции. Зашел анестезиолог-реаниматолог, подробно объяснял, как мне будут давать наркоз. Сначала поставят капельницу, а потом надо будет дышать через маску. Еще он рассказал обо всех возможных неприятных последствиях наркоза.

Читать не хочется, смотрю сериалы. Нервничаю, конечно. Сейчас мне дадут таблетку успокоительного, чтобы я нормально выспалась. Завтра в 7–8 утра за мной придут.

Запись восьмая. Самый главный день

Все прошло, и прошло хорошо – качество трансплантата отличное. Клетки готовят, чтобы перелить моему реципиенту. Это было первое, о чем я спросила, когда более-менее пришла в себя. Но давайте обо всем по порядку.

Утром мне повторно сделали ЭКГ. Потом переложили прямо в палате на каталку, я разделась, мне надели маску, шапочку, накрыли сверху моим собственным одеялом и повезли. В операционной поставили в вену капельницу с наркозом. Лежала я там как распятый Христос: на одной руке – тонометр, в другой – капельница и какой-то датчик на пальце. Наконец мне дали маску с кислородом и сказали дышать. А еще врач предупредил: «Буду будить – слушай мой голос и делай, что я говорю». Закружилась голова, я поплыла.

Мне снилось что-то яркое, какой-то закат. А потом меня начали будить. Надо просыпаться, дышать, а ощущение у меня ровно одно: пусть отстанет и даст поспать.

Потом появилась моя трансфузиолог и сказала, что я молодец. Я пообедала, походила, но из-за наркоза болела и кружилась голова. А ближе к вечеру началась ноющая боль в спине – там, где делали проколы и забирали костный мозг из гребня подвздошной кости. Как будто кто-то ущипнуть пытается.

Но что бы там ни было, если еще когда-нибудь надо будет сдать клетки костного мозга из кости, я это сделаю не задумываясь.

И еще одна вещь. Мне сказали пол и возраст человека, с которым я поделилась костным мозгом. Я этого вам здесь написать не могу. Но надеюсь, что теперь мой реципиент поправится.

Запись девятая. Два месяца спустя

После того как я поделилась костным мозгом, прошло уже два месяца. Первый раз я сдавала анализы в конце июня, и у меня еще были низкие эритроциты. Тогда врачи из регистра прописали мне пить таблетки с железом. А заодно рассказали, как чувствует себя мой реципиент.

Наше кафе, кстати, открыли, и у нас снова много посетителей. Мы по-прежнему в масках, а гости уже ни на что не обращают внимания. Сидят, кофе пьют. Хотя говорят, что по городу пошли новые заражения.

В прошлую субботу я снова сдавала кровь. Эритроциты пришли в норму. Мой организм восстановился после донации. Но главное не это, а чтобы у моего реципиента все было хорошо.

Теперь я хочу написать этому человеку письмо. Прежде всего попрошу, чтобы берег себя. А то сын моей крестной Олег, которому тоже костный мозг пересаживали, пошел гулять без куртки и шапки и так сильно простудился, что во время эпидемии ему вообще не разрешили выходить из дома. Мне нужно, чтобы мой реципиент выздоровел и мы с ним встретились через два года.

Фото: Мария Ионова-Грибина


Спасибо за ваше внимание! Уделите нам, пожалуйста, еще немного времени. Кровь5 — издание Русфонда, и вместе мы работаем для того, чтобы регистр доноров костного мозга пополнялся новыми участниками, и у каждого пациента с онкогематологическим диагнозом было больше шансов на спасение. Присоединяйтесь к нам: оформите ежемесячное пожертвование прямо на нашем сайте на любую сумму — 500, 1000, 2000 рублей — или сделайте разовый взнос на развитие Национального регистра доноров костного мозга имени Васи Перевощикова. Помогите нам помогать. Вместе мы сила.
Ваша,
Кровь5.

comments powered by HyperComments
Стать донором Помочь донорам
Читайте также