Три истории из Липецка – Кровь5
Бюллетень
Выпуск № 11

Никита Аронов (текст)

Кристина Бражникова (фото)

Три истории из Липецка

Краткий перечень городских феноменов и совпадений

Липецк — город необъяснимых феноменов и совпадений. Например, здесь варят пиво со вкусом и цветом борща. Делают черноземные холодильники с итальянскими именами. А весной 2014 года здесь за один день потенциальными донорами костного мозга стали 572 человека, причем никто их особо не уговаривал. Ясно, что каждый житель Липецка представляет собой ценный объект для вдумчивого исследования. Предварительную разведку осуществил спецкор проекта Кровь5 Никита Аронов.

Фонарь выхватывает из темноты одинокий бюст Сталина. Его липецкие коммунисты поставили возле своего штаба — на придомовой территории. Сделали они это никого не спрашивая, поэтому липчане реагируют соответствующе: то вождя обрызгают краской, то помажут ему усы монтажной пеной. Через дорогу от генералиссимуса — сквер и народные гуляния: горожане расселись на скамейках, складных стульях и просто на газоне, едят мороженое, пьют газировку и смотрят на большом экране бесплатный парковый сеанс — “Пираты Карибского моря”.

Липецк — вообще город неочевидных встреч. Здесь вместе существуют Сталин и Джек Воробей, курорт и черная металлургия (тут с одинаковой энергией льют чугун и разливают минеральную воду), даже пиво и борщ: на местной крафтовой пивоварне навострились варить пиво со вкусом, цветом и запахом борща — правда, пока еще без сметаны и чеснока.

Но самая поразительная встреча в Липецке случилась 31 мая 2014 года. В этот памятный день 572 жителя города вдруг проснулись и вступили в регистр доноров костного мозга. И это в городе, где всего-то 509 тыс. жителей! Объяснить это можно разве что чудом, каким-то совсем уж удивительным совпадением.

И правда, совпало буквально все, что только можно: воронежский благотворительный фонд вдруг решил устроить донорскую акцию в Липецке (они к тому моменту и у себя нечто подобное проводили, но чтобы столько народу пришло — никогда). К делу с большой охотой подключились липецкие благотворители. А местная станция переливания крови настолько поддержала инициативу, что ее сотрудники согласились внеурочно работать в выходной день шесть часов кряду. Главврач станции Людмила Афендулова еще и втянула в акцию других липецких медиков. В результате по всем больницам области типировались 330 врачей, медсестер и санитарок.

История Синяковой

— Началось все с того, что на нас вышли ребята из воронежского фонда “Живи” и предложили нам провести в Липецке типирование, — вспоминает Альбина Синякова, глава липецкого фонда “Дети и родители против рака”, одна из главных организаторов той памятной акции. — Мы тогда плотно общались с нашей местной прессой, и многие журналисты по нашей просьбе рассказали о предстоящем событии. Кроме того, мы и собственную газету использовали, она называется “Будем жить”, ее наши волонтеры раскладывают по почтовым ящикам…

Типировалась, конечно, и сама Альбина. И даже чуть не стала реальным донором. Три года назад ей позвонили из петербургского Института детской онкологии, гематологии и трансплантологии имени Р. М. Горбачевой, сказали, что она с кем-то совпала.

— Я немножко по весу тогда не подходила, поэтому меня поставили в конец очереди. И, видимо, там кто-то другой стал донором вместо меня, — до сих пор переживает Альбина. — Скажу честно: когда позвонили, мне даже страшно стало. Я сама тогда не очень много понимала про трансплантацию, не знала, что костный мозг необязательно берут из кости, что это вообще почти не больно. Но я просто представила себя тогда на месте матери больного ребенка.

Когда-то Альбина владела модным кафе, занималась бизнесом и думать не думала ни о какой благотворительности. Но 13 лет назад ее сыну Захару поставили диагноз лейкоз.

— Мы с ним лежали в Москве, в РДКБ, мне там, как человеку с деньгами, было попроще, — признается Альбина. — Нужно какое-то обследование платно сделать — не вопрос. А однажды я услышала, как другая мама плачет: МРТ сломался, завтра операция, а у нее нет шести тысяч рублей, чтобы обследовать ребенка. И тогда я поняла, что надо помогать людям. Помню потом ощущение: идешь по ювелирному магазину, смотришь, сколько золотые вещи стоят, а в уме переводишь эти цены в лекарства.

Захар, к счастью, выздоровел — обошлось даже без трансплантации костного мозга. А Липецк получил свою самую активную благотворительницу. Сейчас Альбина и ее команда покупают для онкобольных детей лекарства и медоборудование, обучают больничных клоунов. Но самый главный проект их фонда — пансионат “Лазори”, одно из немногих мест в России, где дети, победившие рак, могут пройти реабилитацию. Причем полностью бесплатно, да еще и вместе с мамами. В 2014 году фонд Альбины получил под это дело от правительства Липецкой области кусок полузаброшенного пионерлагеря “Радуга”, а уже в 2016-м пансионат принял первых детей.

Минут десять от Липецка — и машина въезжает в сосновый бор. На территории пансионата сразу бросаются в глаза загоны с курами, утками, козами. Это одновременно и подсобное хозяйство, и контактный зоопарк. Чуть дальше — домик с енотами и шиншиллами. Альбина по-свойски хватает одного из енотов, гладит его и тискает. В лошадином стойле для иппотерапии здесь содержатся черный конь Орлик и рыжий пони Добрыня.

— Я Добрыню случайно купила, — вспоминает Альбина. — Поехала покупать альпаку, а там он стоял: одинокий, брошенный. Вот я его и пожалела.

Кроме зоопарка в “Лазорях” есть еще комнаты для реабилитационных занятий, крытый бассейн, гончарная мастерская, большой веревочный парк, беседка для йоги и площадка для посиделок у костра.

— Чтобы найти для всего этого спонсора, я несколько раз ездила в Москву! — поднимает палец Альбина. — У друзей были обеспеченные знакомые, которые хотели вложиться в социальные проекты. Это чаще всего было так: “Заходи, мол, но у тебя три минуты — рассказать о себе”. В итоге я нашла мецената там, где совсем не ждала, — на Boomstarter’е. Вообще-то это краудфандинговая площадка — чисто благотворительный проект они брать не хотели, я еле уговорила. Хотела собрать 800 тысяч рублей, чтобы начать работать, не набрала. Оставался последний день — и вдруг поздно ночью мне написал наш будущий спонсор. Все совпало. Вот так мне повезло!

История Рогатнева

Конечно, когда появились “Лазори”, Альбина полностью погрузилась в жизнь центра и к донорской тематике поостыла. А вот городская станция переливания крови не прекращала искать среди липчан новых доноров костного мозга. Главврач Людмила Афендулова в каждом интервью местным журналистам не забывает напомнить о Национальном регистре.

Сама станция, где берут кровь и типируют добровольцев, расположена в центре Липецка — как ни странно, на улице Космонавтов. Это обычное кирпичное здание, построенное по типовому проекту в 1970 году. “Кровь доноров Липецкой области в 2017 г. спасла жизни более 29 700 граждан России. Низкий вам поклон!” — благодарит плакат в холле первого этажа. Но по утрам этот плакат читать некому: вся суета и даже толкотня происходит на втором этаже. Там толпятся человек 20, все больше мужчины — ждут очереди сдавать кровь. По громкой связи периодически выкликают по три-четыре фамилии, тогда мужчины вскакивают с белых диванчиков и опрометью несутся куда-то наверх.

Кстати, об удивительных совпадениях: именно сегодня, когда мы приехали на станцию переливания крови, сюда пришли на дополнительную проверку сразу два потенциальных донора костного мозга. Так совпало. Предварительно они подошли каким-то реципиентам в Санкт-Петербурге, и если дополнительные анализы подтвердят сходство их фенотипов, то уже в сентябре они поедут на донацию. За всю историю Липецка на такое исследование вызывали всего шесть или семь человек. А тут сразу двое — и в один день!

Обоим донорам по 36 лет, но в остальном это совершенно не похожие люди: немногословный сварщик Андрей Исаев в спортивных штанах и общительный предприниматель Константин Рогатнев в бордовых узких брюках, который буквально со второй фразы переходит на “ты”.

— Если совпаду, хочу, чтобы у меня взяли костный мозг оперативным путем, под наркозом, ведь это быстрее. У меня лишнего времени нету, — выкладывает Константин. — Главное, в сентябре успеть, а то потом будут международные выставки, которые пропустить никак нельзя.

Бизнес у него высокотехнологичный: защита растений, утилизация отходов и биологические средства борьбы с загрязнениями. Константин не только один из собственников в своей фирме, но еще и научный директор. Рассказывает, что вообще-то хотел учиться на врача, но судьба все переиграла по-своему:

— Накануне поступления батя меня позвал: “Костя, ты точно хочешь стать врачом? Давай справочник полистаем”. И тут мы натыкаемся на ветеринарную академию имени Скрябина. А это как раз Москва: и общежитие дают, и химия с биологией есть, которые я хорошо знаю…

В общем, Константин стал товароведом по животному сырью: это потом ему и в собственном бизнесе помогало. Такое вот совпадение, изменившее всю жизнь. При этом сам Константин в совпадения не верит.

— Совпадений никаких не бывает, — утверждает он. — Вернее, они появляются только, когда ты сам поднял попу и движешься в правильном направлении. В бизнесе, по крайней мере. Например, мы сейчас занимаемся очисткой территории целлюлозно-бумажного комбината в Сибири. Как мы с нашими иркутскими клиентами познакомились? Покупали оборудование у австрийцев, и эти ребята из Иркутска тоже к тем же австрийцам за другим оборудованием пришли. Так вот австрийцы им нас и присоветовали. Совпадение это или нет?

Тут у Константина звонит телефон. “Не поверишь, Иркутск звонит”, — пораженно говорит он, глядя на экран. Закончив разговор, предприниматель продолжает пересказывать свою биографию. Оказывается, сам он вступил в регистр в 2015 году, когда известный липецкий музыкант, блюзмен Роман Застрожин заболел раком.

— По сообществам кинули клич, что нужны доноры костного мозга. Если честно, я с Романом вообще не знаком был. Просто знал, что у него хорошая группа. Уже после того, как ему пересадку сделали, я с ним совершенно случайно познакомился. Оказались за общим столиком на концерте…

Музыкант Роман, к сожалению, умер из-за реакции “трансплантат против хозяина”. Кстати, его хорошо знала и упомянутая выше Альбина Синякова. Еще до своей болезни музыкант Роман активно поддерживал ее фонд, давал благотворительный концерт в пользу онкобольных детей, а потом и сам стал онкобольным. “Побаиваюсь я таких совпадений”, — говорит об этом Альбина.

История Трофименкова

Как говорят в Липецком областном онкологическом диспансере, заболеваемость раком тут “чуть выше среднероссийской”. Конкретно — в прошлом году она составила 472,9 на 100 тыс. человек. То ли в экологии дело, то ли в том, что регион задело чернобыльской аварией, — об этом в диспансере судить не берутся. Но зато если по стране в целом заболеваемость медленно растет, то в Липецкой области, наоборот, немножко падает. Злокачественные новообразования лимфатической и кроветворной ткани здесь на шестом месте в рейтинге: на них в прошлом году пришлось 5,6% всех вновь выявленных случаев. Лейкоз выявили у 143 липчан.

За последний год трансплантацию костного мозга пережили четверо липецких детей. Двоим делали аутотрансплантацию, еще двоим — от близких родственников. Пересадили костный мозг и троим взрослым. Одной из них, Татьяне Гостеевой, донора нашли как раз в Национальном регистре имени Васи Перевощикова.

Сейчас в Липецке с донорской активностью не очень. После грандиозной акции 2014 года ничего подобного по масштабу тут не случалось. В 2015 году приходили типироваться знакомые музыканта Романа Застрожина. А этим летом в регистр вступили 24 студента Педагогического института. На этом все. Потихоньку типируются доноры крови на станции переливания. А с прошлой осени полтора десятка горожан вступили в регистр через “Инвитро”.

Дело в том, что в городе никто толком не занимается пропагандой донорства. Исключение составляет, пожалуй, лишь депутат областного совета Андрей Трофименков, который сам стал потенциальным донором в конце 2016 года.

— Дело было так: я смотрел фильм “Семь Жизней” с Уиллом Смитом, где по его вине погибли семь человек и он жертвует разные свои органы, чтобы спасти семь других людей, — рассказывает Андрей, высокий целеустремленный блондин, который даже в удушливую липецкую жару не снимает синего пиджака с депутатским значком. — Там есть момент, когда он сдает костный мозг, причем берут его у него из ноги — и, по просьбе героя, без обезболивания. Я стал интересоваться: действительно ли это такая ужасная операция? Но потом почитал сайт “Русфонда” и понял, что все совсем не страшно, — рассказывает депутат.

Тем не менее еще дня три народный избранник Трофименков бродил в сомнениях:

— Я понимал, что для кого-то мой костный мозг может стать последним шансом на спасение. Но сомневался: не откажусь ли я сам в последний момент? Очень трудно было сообщить о своем решении родителями и жене. Они недоумевали: “Ты что, с ума сошел?” А я, если честно, вообще не понимаю: почему те здоровые 30% жителей страны, которые могут типироваться, до сих пор этого не сделали? То ли мало рассказывают людям, то ли много равнодушных стало…

Подобно большинству современных деловых людей, депутат и потенциальный донор Андрей Трофименков не имеет постоянного офиса, а назначает и проводит встречи в кафе “Буфет” на улице Плеханова.

— Рабочего места в совете депутатов у меня нет, поэтому это кафе — фактически мой кабинет, — объясняет он. — Зарплаты я тоже не получаю, у меня свой бизнес с детскими аттракционами в торговых центрах. Я долго искал такую сферу, которая бы даже косвенно не была бы связана с бюджетом и муниципальными контрактами. Чтобы это не было ни ЖКХ, ни строительство, ни ремонт дорог. И вот нашел… Кстати, удивительно, как эти детские аттракционы повлияли на мою личную жизнь: теперь у меня уже четверо детей…

Но биография Трофименкова богата и на другие необычные совпадения (хотя для липчанина, как мы видим, это нормально):

— Когда мы с женой только расписались и начали перебирать родню, то выяснили, что наши с нею бабушки были когда-то очень близкими подругами! Они вместе работали на шахте под Липецком, добывали железную руду. Моя бабушка, Таисия Мироновна, была очень скромная. На каком-то мероприятии она очень боялась подойти познакомиться с одним молодым инженером. А бабушка жены была бойкая: взяла и их познакомила. Этот инженер стал моим дедом.

Страница “ВКонтакте” Андрея Трофименкова называется “setevoy_deputat”. Он лично ведет аккаунты во всех возможных социальных сетях и пишет там по три-пять постов в день. Жители ему жалуются в личку, а он разбирает жалобы и берет их, что называется, на депутатский контроль. То напишет, как полицейские паркуются на тротуарах, то — как женщина сломала ногу на неровной дорожке во дворе. Последний громкий кейс — львенок, которого собираются привезти для фотосессий в один из липецких кинотеатров в связи с показом нового “Короля Льва”. Депутат недоволен: планирует разобраться, нет ли тут нарушения закона о правах животных. Даже запрос в прокуратуру написал. Каждые несколько месяцев появляются у него и посты про донорство костного мозга.

Активную сетевую жизнь Трофименков начал, еще когда работал в горсовете. Поэтому, предполагает он, его и включили на последних выборах в региональный парламент в партийный список “Единой России”. Помимо партии власти состоит депутат и в липецком Клубе “моржей”. Он плавал даже особый моржовый марафон — 500 метров в ледяной воде. Даже одно время возглавлял этот клуб, но потом “моржи” начали выбивать себе новое помещение и Трофименков благородно ушел со своего поста, чтобы избежать конфликта интересов.

Но суть в том, что работа с “моржами” научила Трофименкова плыть до конца, даже если вокруг туман и ледяная вода. Так что эти навыки он планирует отрабатывать именно в организации донорских акций. Что из этого выйдет, заранее сказать сложно, это ведь Липецк: тут и пиво с борщом скрещивают, и автобусы ЛиАЗ делают, и вообще — Дикое поле, родина скифов. С другой стороны, наверное, именно поэтому тут сплошные совпадения. А значит, и все шансы на успех.

comments powered by HyperComments
Стать донором Помочь донорам
Содержание бюллетеня