Человек человеку кот – Кровь5

Егор Парфенов

Человек человеку кот

Ко Дню бездомных животных Кровь5 рассказывает, как любовь к кошкам привела одну добрую душу в ряды доноров костного мозга и что из этого вышло.

Каждый год в третью субботу августа отмечается Международный день бездомных животных. Галина Море называет родную Пермь столицей «блакотворительности» – от слова кот. Она спасает бездомных усатых с 14 лет – за это время Галя возглавила движение «За защиту зверей», создала в городе кошачий приют «Матроскин» и котокафе «Котовский Пермь». Мы познакомились с Галиной в прошлом году: с тех пор она стала потенциальным донором костного мозга и уже подошла нескольким реципиентам. Кровь5 рассказывает, как Галина спасла от одиночества пару сотен пермяков, а также пережила не самые хорошие моменты в жизни, но получила повод надеяться на лучшее.

За защиту зверей

– Мне кажется, что очень многие девочки и мальчики в детстве хотели бы открыть приют для кошек, – говорит Галина. – Я с шести лет мечтала быть ветеринаром и спасать животных – тогда еще не знала о существовании приютов. У меня, как позже выяснилось, было очень осознанное детство.

От детской мечты к осознанной цели Галя перешла в шесть лет после рыбалки с отцом – увидела живое существо на крючке и почувствовала его боль. В том же возрасте перестала есть рыбу. А в 14 лет отказалась от мяса других животных.

Тогда же первая кошка забралась в ее сердце – торговцы не сумели продать Ирису и просто бросили в переходе.

Галя ее вылечила и выходила, и с тех пор кошка живет с ней – напоминает о первой подростковой встрече с несправедливостью.

Я, видимо, с рождения очень восприимчива. Сочувствовала даже рыбам. Чувство хорошее, но иногда эмпатии слишком много, и она начинает мешать в жизни. Иногда даже приходится себя останавливать, потому что пропускаешь через себя все – и плохое, и хорошее. Чувствительным людям тяжело живется.

В Галины четырнадцать лет в городе существовал только один приют – «Верность», и тот для собак. Девушка стала в нем старшим волонтером.

– Я там выделилась, потому что постоянно приезжала в каждую свободную минуту. Когда я закончила восьмой класс, родители уехали и оставили деньги на два месяца каникул. В первый же день я  все потратила на корм собакам.

Параллельно Галя вступила в организацию «За защиту зверей». Ее члены были активными радикальными веганами и противниками использования натурального меха.

В 2008 провели публичные «похороны шубы» – тогда о акциях заговорили в новостях, и пермяки узнали о них.

– Сначала люди реагировали очень негативно. В СМИ стали часто про нас писать, и чем чаще мы устраивали акции, тем у людей с каждым разом возникало меньше злости. В результате ситуация сильно переменилась. Вот пример: кто-то пишет в соцсетях: «Были сегодня в контактном зоопарке, хорошо время провели!» К нему сразу приходят и пишут: мол, вообще-то, контактные зоопарки – это не очень хорошо, животным там плохо. У людей возрастает осознанность, я это вижу и чувствую.

Перформансами дело не ограничилось. В десятом классе Галина сумела изменить ситуацию с учебными опытами на естественно-научных и медицинских факультетах в университетах. Их проводили по старинке, активно используя животных для препарирования. На занятиях каждому пермскому студенту давали по тушке крысы, лягушки или другого подопытного живого существа. Его разрезали и смотрели, что внутри, хотя можно было бы использовать одно животное на всех, макеты или видеоматериалы. Галине удалось уговорить ректора Пермской фармацевтической академии отказаться от использования зверей в учебных опытах.

– Я раздобыла его личный сотовый. И сначала вела себя не очень хорошо – чуть ли не звонила и дышала в трубку. Но потом вернулись к законным методам. Мы нашли компанию InterNICHE, которая продвигает отказ от опыта на животных в вузах. Они пообещали помочь: передать и оборудовать макеты разных животных, если в академии на это согласятся. Это был очень хороший опыт: я поняла, что и один в поле воин, если хочешь чего-то добиться.

По десять котов на брата

После школы вопрос с выбором вуза был решен быстро: Галина поступила в сельхозакадемию и выучилась на ветеринара. А в 2016 году вместе с двумя друзьями открыла приют «Матроскин». Открывали его, рассказывает она, практически от безысходности – на троих под их попечением осталось 30 кошек. Причем у одного из друзей проживала примерно половина от этого количества.

Кошки по окраинам Перми при этом бегали большими стаями, и о них никто не заботился – в городе начали открываться приюты, но только для собак.

– Лично я дома держала семь котов. Это на самом деле немного, но было очень тяжело следить за ними, занимаясь параллельно еще координацией других волонтеров. Особенно когда живешь в однокомнатной квартире и дома тебя почти весь день нет. Просыпалась в семь утра от звонков от разных передержек: закончился наполнитель, закончилась еда, нет времени купить, помоги! И я без машины катаюсь целый день по городу, чтобы обеспечить всех этих котов. В какой-то момент пришло понимание, что заботиться о них можно, только собрав их всех в одном месте.

На тот момент Галина уже активно вела соцсети и, бывало, получала новых бездомных животных от подписчиков и соседей. Появились и жертвователи: к открытию приюта команда Галины собрала первые 100 тысяч рублей. Сейчас «Матроскин» – один из самых востребованных и известных приютов Перми. В прошлом году оттуда забрали 357 кошек.

– Чем популярнее приют, тем чаще туда приносят и забирают животных. И конечно, мы не можем принять всех. Тяжело это признавать, но приходится. Даже если у нас ресурсы на пределе, то мы все равно таких котиков берем. Мы понимаем, что у нас чуточку больше финансовых возможностей, чем у других приютов. В среднем мы держим около 50–70 кошек в приюте, и еще 30 могут быть на передержках и в поликлиниках. В Перми теперь есть еще один кошачий приют, но им, к сожалению, сложнее пристраивать и обеспечивать животных.

За пять лет в «Матроскине» появилась норма: в день находить хозяина для одного животного. Приют проводит фестивали и фотосессии, после них в приюте забирают от 10 до 30 кошек.

Пандемия коронавируса помогла добиться рекорда: за полгода хозяев нашли 200 кошек.

– Люди приезжали, забирали. Они почувствовали одиночество, которое котики могут восполнить и скрасить. Но была другая проблема: волонтерам не разрешали приезжать, чтобы кормить животных. Кое-как удалось добиться разрешений.

Ежедневно шести сотрудникам приюта помогает десяток волонтеров. Большую часть времени сотрудники тратят на спасение животных, и не все из них успевают работать. Галина им платит небольшую зарплату – деньги удается получить по грантам. А на содержание самих кошек команда собирает деньги с помощью пожертвований.

– Когда мы открывали приют, я думала, что все смогу сама: и прибираться, и вести соцсети, и ездить в клиники. Всегда кажется, что никто лучше тебя не сделает, но этот барьер надо преодолеть. Другим людям тоже важно чувствовать сопричастность к благотворительности. Точнее, к блакотворительности – мы придумали это слово.

Пермь теперь – столица блакотворительности.

У работы с бездомными кошками много рисков, в том числе и для человеческого здоровья: чаще всего у зверей находят лишай и бешенство. По словам Галины, волонтеры «Матроскина» еще ни разу не заражались – больных котов сразу отвозят в клинику. Но сама Галина себя до поры до времени совсем не жалела – в шутку говорит, что переболела всем, чем можно было заразиться. Но теперь девушка следит за здоровьем. На это есть причина, есть и была – точнее, была до недавних пор и еще будет: вместе с друзьями из приюта Галя стала потенциальным донором костного мозга.

Не может перенести

– Мне больно об этом говорить. В прошлом году нашелся человек, которому я должна была отдать свой костный мозг для пересадки. Я приехала в Петербург, где лечился больной, и сдала все анализы. Реципиенту я подошла идеально. Вернулась в Пермь и ждала вызова на донацию, помню, как была окрылена, было такое чувство, как у беременной женщины. Начала пить витамины, следить за здоровьем, понимала, что теперь отвечаю еще и за жизнь другого человека. И тут мне позвонили и сказали, что пациент не сможет перенести трансплантацию. Как мне объяснили, скорее всего, это значит, что больной умер.

Галина пыталась узнать у врачей, кто был реципиентом, чтобы как-то помочь его семье или хотя бы узнать имя. Ей очень хотелось узнать, похож ли пациент на нее, ребенок он или взрослый. Но врачи, как и положено, соблюдали анонимность.

– Чувство ответственности за жизнь человека отличается от чувства ответственности за кошек – это и правда что-то сакральное, сравнимое с материнством.

Девушку поддержали родители – утрату переживали всей семьей. По словам Галины, они всегда гордились ее стремлением помочь другим, хоть и жалели потраченного на кошек времени и опасались за ее самочувствие – особенно в случае с донорством.

– Мать с большим уважением относится к моей деятельности. Еще в детстве своим подругам с гордости рассказывала, почему я отказалась от рыбы. Правда, когда я стала волонтером, они не сразу проникались. Говорили, мол, зачем это тебе? Это же тяжело. Может, стоит чем-то другим заняться?

Галина до сих пор надеется на новое совпадение – и не без оснований: к настоящему моменту ей удалось подойти еще трем реципиентам.

Но до выезда на донацию дело не доходило. Друзья-доноры из приюта ей даже завидуют – многим не звонили вовсе. Галина успокаивает, говорит, что надо радоваться: их родственные души просто не болеют.


Спасибо за ваше внимание! Уделите нам, пожалуйста, еще немного времени. Кровь5 — издание Русфонда, и вместе мы работаем для того, чтобы регистр доноров костного мозга пополнялся новыми участниками и у каждого пациента с онкогематологическим диагнозом было больше шансов на спасение. Присоединяйтесь к нам: оформите ежемесячное пожертвование прямо на нашем сайте на любую сумму — 500, 1000, 2000 рублей — или сделайте разовый взнос на развитие Национального регистра доноров костного мозга имени Васи Перевощикова. Помогите нам помогать. Вместе мы сила.
Ваша,
Кровь5

comments powered by HyperComments
Стать донором Помочь донорам
Читайте также