Кафе тишины – Кровь5
Бюллетень
Выпуск № 5

Снежана Каратаева

Кафе тишины

Групповое молчание с Екатериной Печуричко

Можно я начну? И просто практически сразу закончу. Моей бабушке 88 лет, мы живем далеко друг от друга, единственная связь — по телефону. Когда мы с ней разговариваем, она говорит мне о высоком давлении, что она скоро умрет. Я пытаюсь переводить все в юмор, говорю ей: «Ну что, когда будем готовиться?» Я бы хотела на самом деле поговорить с ней про ее страх — страх, который живет и во мне. Но я не знаю, как лучше это сделать, чтобы не увязнуть. Смерть с этой стороны меня пугает.

Прошу прощения, я уйду. Или нет, скажу про чувство вины. Вот моя мама ушла из жизни из-за онкологии. И чувство вины не отступает вот уже десять лет. Все это время я думаю: был ли я хорошим сыном? А недавно ушел из жизни мой дед. Я не присутствовал на его похоронах. И теперь я думаю: правильно ли? Как вообще все это переживать? Как надо горевать?

Например, на кладбище я специально не поехал, вообще считаю это бестолковым процессом. Все эти искусственные цветы, поминки — мне это не близко, это вселяет в меня панику, даже растерянность. Мне кажется, это как-то унизительно: чужой человек опускает гроб, засыпает лопатой землю… Я этого не понимаю. А потом все эти блины, водка на столе… Мне это кажется неуместным, устаревшим, неприятным.

Простите, никого не хочу сейчас задеть. Просто добавлю: вот моя подруга — она как знала, попросила перед смертью, чтобы ее тело кремировали и разделили на шесть частей, а прах просто развеяли в шести местах Земли, где она была когда-то счастлива. В Тульской области, например, около Льва Толстого. На Кавказе. Много еще где.

Думаете, я смеюсь? У меня вот был знакомый кубинец — преподаватель кубинских танцев. Очень живой человек. Так вот, когда он умер, церемонию вел его друг — такой прикольный мужик: пиджак весь в блестках, шляпа, огромные очки. И он вел церемонию, как крутую вечеринку, а в перерывах отворачивался и вытирал слезы. Прах этого кубинца, кстати, тоже разделили на несколько частей. Часть отправили родственникам.

Но я, честно говоря, представляла тему этого разговора иначе. Вот —смерть. И что, неужели в ней нет ничего, кроме похорон? Важно же понимать, что там дальше. Я просто занимаюсь эзотерикой, пытаюсь искать ответы. Вот недавно услышала о Майкле Ньютоне, читала его книги про путешествие души —и меня все это очень обрадовало. Мне кажется, он близок к истине.

Как «кто это»? Ньютон! Психолог, гипнотерапевт. Занимался гипнозом, выходом в смерть, возвращал в детство. Это не религия, это практика вне религии. Практика умирания. Как бы ты выходишь из жизни и возвращаешься обратно с другим опытом. Теперь ты как бы и здесь, и там.

Но бывает и иначе: ты все еще здесь, а кто-то близкий уже там, и он больше не вернется. У моей жены, например, была четвертая стадия рака. Врачи всегда ей удивлялись, насколько она сильная. Последние 17 дней она вела дневник, записывала мысли, как надо любить. После ее кончины, в память о ней, я хочу написать книгу, которая будет называться «Записки уходящего странника». Первая часть будет о том, как болеют родственники. Вторая часть будет состоять из мыслей моей жены. Хочу, чтобы в книге были стихи, ссылки на фильмы и музыку.

Я слушаю все это на встрече, которая называется «Death-кафе». Одиннадцать человек собрались вместе, пьют чай из разноцветных бумажных стаканчиков, едят зефир и мандарины, говорят об утрате близких и о страхе приближения смерти. Аккуратная молодая девушка, пожилая дама с вязаной шалью, энергичный парень с татуировками на обеих руках, мужчина с ухоженной бородой и горестным взглядом.

Всех собрала здесь молодая женщина по имени Екатерина Печуричко. Раньше она работала на линии психологической помощи, куда звонили и онкобольные, и люди с суицидальными наклонностями. Все обращались к Екатерине с вопросами о смерти, и в конце концов она решила, что здесь нужен другой формат — более комфортный, нежели телефонный разговор с анонимным психологом.

На мысль о «смертельном кафе» Екатерину навела статья про изобретение английского веб-дизайнера Джона Андервуда, который еще в 2011 году придумал собираться, пить чай и разговаривать о смерти. Этот формат сейчас популярен в 56 странах мира, а благодаря усилиям Печуричко и ее подруг-последователей два «кафе смерти» уже действуют в Москве, одно — в Петербурге, одно — в Воронеже, и еще одно скоро откроется в Ростове-на-Дону. Вход везде бесплатный, по предварительной регистрации.

Вы просто приходите сюда и рассказываете, как много лет назад мама умирала от онкологии. В какой-то момент нужно было сказать ей всю правду. Что скоро конец, что осталось, например, два месяца. И это трудно. Проходит неделя, другая, вы качаетесь из стороны в сторону, не можете выдавить ни слова. Но когда страшные слова наконец произнесены, наступает тишина. Принятие неизбежного. И в этой тишине вдруг возникают два последних счастливых месяца жизни.

И в «смертельном кафе» тоже воцаряется тишина. Все молча чистят мандарины. Мужчина с бородой смотрит в стол. Пожилая дама кутается в шаль. А я думаю про одно-единственное мгновение группового молчания с Екатериной Печуричко. Я думаю, если бы я умерла и родилась английским веб-дизайнером, помогающим справиться с присутствием смерти, ни за что бы не разрешала говорить в моем death-кафе. Мы просто сидели бы там — тихие, испуганные люди. Пили чай и слушали, как бьется в нас жизнь. Безжалостная, страшная, сильная. И в этом молчании мы нашли бы все, что надо сказать. Себе самим, близким и, разумеется, Екатерине Печуричко.

В оформлении использованы изображения из серии подарочных календарей американской фармацевтической компании Antikamina Chemical Company (1897 — 1901). Художник Луис Крузиус. 


Спасибо за ваше внимание! Уделите нам, пожалуйста, еще немного времени. Кровь5 — издание Русфонда, и вместе мы работаем для того, чтобы регистр доноров костного мозга пополнялся новыми участниками, и у каждого пациента с онкогематологическим диагнозом было больше шансов на спасение. Присоединяйтесь к нам: оформите ежемесячное пожертвование прямо на нашем сайте на любую сумму — 500, 1000, 2000 рублей — или сделайте разовый взнос на развитие Национального регистра доноров костного мозга имени Васи Перевощикова. Помогите нам помогать. Вместе мы сила.
Ваша,
Кровь5.

comments powered by HyperComments
Стать донором Помочь донорам
Содержание бюллетеня